Мит Сколов (mskolov) wrote in chitate_li,
Мит Сколов
mskolov
chitate_li

Category:

Александр Звягинцев. Писатель, экс-замгенпрокурора РФ. О Нюрнберге

Александр Григорьевич Звягинцев (род. 1948 в Житомире), более сорока лет проработал в советской и российской прокуратуре, ушёл оттуда на пенсию в 2016 с должности замгенпрокурора России. Известен как писатель, историк, сценарист и драматург. Почти случайно решил полистать... И уже не смог оторваться. Разрешите поцитировать для соо.

***

Мама всю жизнь не могла забыть сентябрьское утро 1941 года, когда она провожала своих школьных подруг-евреек, которые по приказу гитлеровцев с родителями, колонной, шли к Бабьему Яру. В районе Львовской площади сопровождавший колонну конвоир-немец спросил у мамы: "Юден?" Она честно сказала: "Нет, русская". Немец выдернул ее из колонны и толкнул в спину: "Weg! Уходи!"

***

Все без исключения мои родственники прошли войну. Отец с первых дней войны был на фронте. Летом 1943 г. во время Курской битвы он, командуя отрядом минометчиков, вместе со своими бойцами был заброшен в тыл врага. И когда кончились мины, гитлеровцы выдвинули ультиматум — сдаться в плен. Сдаваться никто не собирался...

***

Я не раз говорил с американским юристом Бенджамином Ференцем, который был обвинителем на так называемых малых Нюрнбергских процессах над нацистами. Первый раз я беседовал с ним в Нюрнберге, когда ему было уже далеко за 80. На мой вопрос, что более всего запомнилось ему во время процесса, он ответил: "Во время процесса мне не столько запомнилось, сколько поразило отсутствие у подсудимых и намека на раскаяние, на сострадание к миллионам убитых и замученных людей… Это я никогда не забуду". А в конце разговора он сказал: "Считал и считаю, что уроки истории, преподанные нам в Нюрнберге, могут иметь смысл только в том случае, если они будут использованы для предотвращения подобных преступлений в будущем". К сожалению, мы видим, что учебник истории со страницами о Нюрнберге не все наши современники открывали.

Очень важные слова сказал мне президент Чехии Милош Земан — я брал у него интервью для одного из фильмов о Нюрнбергском процессе:

В случае победы Гитлера все мы говорили бы сегодня по-немецки. И это в лучшем, почти невероятном, случае. Скорее всего, мы бы умирали от голода, непосильного труда и пыток в концентрационных лагерях, или были бы просто убиты. Не будь Советского Союза — даже американские генералы это признавали, — союзники проиграли бы войну с Гитлером. Нельзя ставить под сомнение решающую роль Советского Союза в победе над фашизмом.

***

(О поведении Геринга, которого все называли "наци № 2", во время Нюрнбергского процесса.)

Проводя время за беседами, Гереке (лютеранский пастор, ставший духовником нацистских преступников - прим.) и Геринг часто обсуждали проблемы теологии. Геринг задавал много вопросов о христианстве. И все же к христианству он всегда относился крайне скептически, порой даже высмеивал его доктрины. Геринг говорил: "Я не верю, что отправлюсь в ад или рай после смерти. Я не верю в Библию и во все то, о чем думают религиозные люди". Однажды он заявил Гереке: "Я не могу попросить прощения у Господа. Я не могу сказать — Иисус, спаси меня! Для меня он просто еще один умный еврей". Тем страннее прозвучала для пастора просьба Геринга причастить его накануне казни. Тот отказался, ибо не считал, что Геринг уверовал.

***

После казни преступников Гереке и его ассистент католический священник Сикстус О’Коннер дали слово хранить молчание о событиях тех дней. И все же кое-что стало известно. Рудольф Гесс сказал пастору, что не хочет посещать церковь и вообще не нуждается в искуплении. Герман Геринг был неожиданно вежлив и даже услужлив — например, предложил помочь уговорить Гесса прийти в церковь. Фриц Заукель обливался слезами и обещал посещать все церковные службы. Фельдмаршал Вильгельм Кейтель и вовсе оказался очень религиозным. Зато другие, в их числе Юлиус Штрайхер, открыто презирали все, что было связано с религией. Больше других религиозное рвение проявлял в тюрьме бывший личный адвокат Гитлера, генерал-губернатор Польши Ганс Франк. Он даже обратился в веру заново — утверждал, что ему в камере было якобы видение Христа… Правда, вера "польского мясника" оказалась весьма неустойчивой: Франк то высказывал раскаяние, то брал свои слова обратно. Как-то он заявил, что в Германии понадобится около тысячи лет, чтобы снять с себя бремя вины, но в своем заключительном заявлении сделал шаг назад, сказав: "Это не я, это режим, это Гитлер".

***

Конечно, показания в суде и беседы со священником — это разные вещи. Речи и мысли заключенных могли сильно отличаться. Но, увы, оба священника унесли в могилу тайны исповеди преступников. Сын Гереке Хэнк рассказывал как однажды, много лет спустя, они с отцом сидели на крыльце своего дома в Иллинойсе. И Хэнк спросил: "Что эти парни тебе сказали? Они поняли, что сделали нечто ужасное? Готовы ли были принять искупление?" Вокруг не было ни души. Никто их не слышал. Однако Генри Гереке ответил сыну: "Хэнк, ты знаешь, я не могу говорить об этом. Этого я никому никогда не скажу".

***

Английские историки очень любят описывать, как 8 мая 1945 года в 3 часа пополудни премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль обратился к соотечественникам с речью, которая транслировалась по радио прямо из его кабинета на Даунинг-стрит, 10. Они отмечают, что "голос его немного дрожал". На всю Великобританию, а если шире, то и на всю Европу, Черчилль объявил, что война против Германии наконец-то закончилась, но… "Мы можем себе позволить краткий миг радости, однако не будем забывать и о тех сложных задачах, которые нам еще предстоит решить". Большинство слушателей, радующихся разгрому гитлеровской Германии, решили, что Черчилль говорит о Японии, называя ее "дьяволом, которого предстоит повергнуть". Но, возможно, кумир нации имел в виду недавнего союзника в борьбе с фашизмом, союзника, внесшего самый крупный вклад в его разгром, союзника, возложившего на алтарь победы неисчислимые жертвы — Советский Союз.

***

...Когда мы в начале двухтысячных обсуждали с замечательным русским историком Анатолием Уткиным последние месяцы войны, то не могли не отметить, что с точки зрения Черчилля они не сулили Британии прежней великоимперской жизни. По существу, Британская империя уходила в прошлое, а сам Черчилль становился "младшим", но не равным союзником США. Теперь уже американцы решали, как будет развиваться стратегия западных союзников, и они, конечно же, исходили прежде всего из собственных национальных интересов. Черчилль понимал это, но принять так сразу не смог — он искал способы оказаться на первых ролях.

Красная армия продолжала свое победоносное продвижение по Западной Европе, достигнув Адриатики на юге и выйдя к Рейну на западе. Германия лежала в руинах, финансы Англии и Франции были исчерпаны. США переключили свое внимание на Тихоокеанский регион, на битву с Японией, и американские войска готовились покинуть Европу. В этом свете Великобритания выглядела уязвимой. По мнению Черчилля, перспективы были самые мрачные и сулили "советское господство". Как выяснилось со временем, глава британского правительства видел тогда лишь одно решение: остановить СССР, Сталина можно только силой.

Весной 1945 года премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль приказал Объединенному штабу планирования военного кабинета, в глубочайшем секрете даже от других штабов, безотлагательно начать подготовку к операции под кодовым названием "Немыслимое" и в ходе этой подготовки изучить возможности объединенных сил союзников в схватке с советской армией.

Операция состояла из двух вариантов — наступательного и оборонительного. Целью оборонительного плана называлась организация обороны Британских островов в случае возможного советского вторжения в Западную Европу. А целью наступательного было силовое "вытеснение" советских войск из Польши. План наступательной операции рассматривается как план Третьей мировой войны и предполагал нанесение двух главных ударов в Северо-Восточной Европе в направлении Польши. В войне должны были участвовать Польша, Венгрия и другие европейские страны, включая Германию.

***

Английский историк Дж. Уолкер пишет, что операция "Немыслимое" и была уникальна: летом 1945 года только Уинстон Черчилль был готов рассмотреть возможность нанесения упреждающего удара против Советов. Единственный из западных лидеров. Дата объявления военных действий — 1 июля 1945 года. По мнению многих, свое веское слово сказали некоторые авторитетные американские и английские генералы. Не поддержал его и президент США.

12 мая 1945 года Черчилль телеграфировал президенту США Трумэну, преемнику Рузвельта: "Они опускают перед нами железный занавес. Мы не знаем, что происходит за ним… Железный занавес опустится над большей частью, если не над всей Восточной Европой, и тогда от Польши нас будут отделять сотни миль, контролируемые Советами. Между тем все внимание населения наших стран будет занято преступлениями поверженной и побежденной Германии, и порожденные этим вниманием настроения откроют русским дорогу и к Северному морю, и в Атлантику — если они решат продолжать продвигаться вперед". Кстати, накануне, 11 мая 1945 года и американский президент Трумэн начал предпринимать шаги для "сдерживания русских" — он подписал указ о прекращении поставок России товаров по ленд-лизу, и уже вышедшие в море корабли были возвращены назад. Жестокое решение по отношению к разоренной войной стране!

А уже после капитуляции Японии в сентябре 1945 года американцы серьезно задумались над разработкой своего плана "Немыслимое". И 2 марта 1946 года Объединенный комитет военного планирования США разработал такой проект. Он получил название — операция "Пинчер".

В нем учитывалось, что за прошедший период СССР создал кольцо дружественных государств вдоль своих границ. План рассматривал возможность обострения ситуации на Ближнем Востоке, в результате которого пострадают американские интересы, и они вынудят их нанести ответный удар и таким образом начать Третью мировую войну.

...Стратеги США завершили работу над планом операции "Пинчер" прямо накануне речи Черчилля в Фултоне, положившей начало "холодной войне". Политика США в отношении СССР повернулась на 180 градусов. И это факт, который общеизвестен. Кстати, такой интересный момент. Накануне начала заседаний трибунала, 15 ноября 1945 года, главнокомандующий Группой советских оккупационных войск Германии маршал Советского Союза Жуков телеграфирует первому заместителю председателя Совнаркома СССР, наркому иностранных дел Молотову о том, что англичане до сих пор содержат в своей зоне немецкие, венгерские и другие войсковые части, сражавшиеся против нас и союзников. Несмотря на заявленный Советским Союзом решительный протест, роспуск частей вермахта в английской зоне оккупации Германии англичанами был завершен только в январе 1946 года. Факты, ничего кроме фактов.

***

Принципы Нюрнберга особенно злободневны сейчас, когда высокие идеи международного правосудия разбиваются о блоковое мышление, политические предубеждения, национальный эгоизм, а порой и вовсе дискредитируются порочной практикой в деятельности некоторых действующих сегодня органов международного правосудия...

Сегодня мы вынуждены констатировать, что у людей нет врожденного иммунитета к нацизму и экстремизму. Популяризаторы фашизма имеют сегодня определенное влияние на молодые умы, что таит огромную опасность. В России уголовная ответственность за реабилитацию нацизма была введена еще в мае 2014 года. Аналогичные нормы содержатся и в законодательстве многих других стран. Но неонацизм популярен, это реальность.

Источник: https://nuremberg.media/ekspertiza/20201209/63185/Aleksandr-Zvyagintsev-Nyurnberg.html
Tags: chitate_li, читате_ли
Subscribe

Recent Posts from This Community

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 9 comments